Каким образом может священник произносить дерзая такие слова, что «Примите, ядите, сие есть Тело Мое»... Разве это Тело священника, хотя он произносит их от первого лица? А дело в том, что когда мы вспоминаем какие были исторические события, то вспоминаем своей мыслью. Нет человека и нет мыслей. А вот здесь совершается Духом Святым.
Сколько бы не прошло времен, тысячи или миллиарды лет Дух Святый, как одна из Ипостасей Пресвятой Троицы вечен. Соответственно и когда священник произносит эти слова, это уже не священник, а Сам Христос, Который осуществляет это действие. Сам Христос. И поэтому если здесь Духом Святым в течении тысячелетий Сам Христос совершает это и собралась Его Церковь, значит сегодня здесь совершается вновь и вновь Тайная Вечеря.
И Господь здесь и вокруг Него апостолы и самые близкие члены Церкви и поэтому здесь Сама Церковь, и поэтому так важно Таинство Святой Евхаристии.
Что такое Таинство Святой Евхаристии? Соединение - Христос посреди нас! Он входит в человека, Он единяется с человеком и мы, принимая Христа единяемся не только с Ним, но и с теми, кто вокруг нас.
Ведь каждый из нас причащается, значит, мы друг другу братья и сестры. Соответственно и отношение такое же должно быть братское и сестринское.
И если кто нарушает Таинство Святой Евхаристии недовольством каким то (между сестрами и братьями происходят некие конфликтные ситуации, правда?) вы никогда не забывайте и избегайте этого, потому что это очень страшно: если среди нас происходит разделения, значит, мы с вами уничтожаем Святую Евхаристию, мы раздираем Тело Христа.
Если сейчас отрубить наш палец, нам будет больно, потому что некое разделение начинается среди человеческого тела. Вот точно так же и здесь, когда между нами происходят конфликты, значит, мы с вами нарушаем Святую Евхаристию, мы раздираем Тело Христово.
Мы вновь сегодня присутствовали с вами на Тайной Вечери. Господь предлагает нам Свое Тело и Кровь. Это гораздо страшнее, нежели омыть ноги ученикам. Это принять Бога в самого себя, это принять всю Вселенную в себя. Можем ли мы себе такое когда либо представить? Совершенно нет. И вот здесь, приступая к Таинству Святого Причащения, спрашиваем себя: что Это? Или же действительно великая дерзость или сверхъестественное смирение?
Апостол Павел говорит: «Посему кто будет есть Хлеб сей или пить Чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней. Да испытывает же себя человек и таким образом пусть ест от Хлеба сего и пьет из Чаши сей. Ибо кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. От того многие из вас немощны и больны и немало умирает». Если апостол так говорит, значит, не надо причащаться? Нет, раз у нас нет сверхъестественного смирения, но мы сознаем себя грешными и недостойными, то приступать мы должны, но с рассуждением, чего мы с вами приобщаемся и причащаемся. Многие сейчас идут в храм впервые и объяснить им некому совершенно, а слышали они от Марии Ивановны, что мол причастись, а то ты болеешь... И человек, действительно на слова отвечая этой Марии Ивановны или еще кому то, идет и причащается, сказав на исповеди пару слов и все. И этот человек никогда в жизни не подумал, чего он причащается, а Мария или Анна, которые ходят в церковь, они даже не подумали объяснить что это за Таинство происходит в Церкви и чего надо причащаться и что это такое. А если мы с вами дерзаем причащаться, значит, тогда уже мы должны быть готовы и к радости и к горю, и к болезни и к здоровью, и даже к смерти. Потому что Господь, входя в нас, видя наше сердце, выносит суд человеческой личности. И человек начинает или радоваться или горевать, или болеть, или исцеляется.
Но не нужно этого бояться, потому что нужно помнить слова апостола Павла, и еще нужно радоваться, потому что пусть над нами сейчас совершится внутренний суд Христов, нежели будем судимы со всем человечеством во Втором пришествии. Аминь».