Можно представить чувства юной Девы, Которой, во время отсутствия Иосифа, вдруг зримо предстал небесный вестник, ангел Гавриил.
«Ангел, войдя к Ней, сказал:
«Радуйся, Благодатная! С Тобою Господь!»
Но Она сильно смутилась от его слов и стала раздумывать, что же значит такое приветствие. И сказал Ей ангел:
«Не страшись, Мариам,
ибо Ты обрела милость у Бога:
и вот, Ты зачнешь и родишь Сына,
и наречешь Ему имя: Иисус.
И будет Он велик,
и назовут Его Сыном Всевышнего.» <…>
И сказала Мариам ангелу:
«Как же будет это, если Я не знаю мужа?»
И ангел сказал Ей в ответ:
«Дух Святой сойдет на Тебя,
и Сила Вышнего осенит Тебя,
потому Дитя Твое будет свято
и наречется: Сын Божий."<…>
Тогда Мариам сказала:
«Пред тобою раба Господня; да будет со Мною, как ты сказал.»
И удалился от Нее ангел» (Лк.1:28-32, 34-35, 38).
О совершившемся в эти мгновения таинстве трудно говорить: любые слова кажутся непростительной дерзостью. Здесь пристало только благоговейное созерцание тайны: «удобее молчание» (приличе-ствует молчание), как поется в одном из богородичных гимнов.
Постараемся лишь понять: то, что занимает несколько строк евангельского повествования, подготавли-валось всей историей ветхозаветного человечества, и в диалоге ангела и Девы Марии эта история об-рела свой смысл и долгожданное завершение. Ветхий завет (что значит буквально «древний союз», «старый договор») Бога с человеком, имевший характер подготовительный и временный, отныне сме-няется новым союзом со всем человечеством и на все времена.
Одними лишь своими силами человек не мог преодолеть глубочайшую пропасть, разверзшуюся меж-ду ним и Богом, ибо страшный удар, сотрясший его в незапамятные времена («грехопадение прароди-телей»), расколол его сверху донизу: от высшего сознания до телесной природы. Он перестал принад-лежать Своему Создателю, а значит — и своему разумному «я». Потребовалась встреча и реальное со-единение Божественной и человеческой природы через Боговоплощение. Только так могла быть воз-вращена в первозданное достоинство целостная природа человека. И в лице Марии человечество до-стигло высшей точки своего духовно-нравственного развития и очищения на путях восстановления Со-юза с Богом.
Незамеченным было явление Деве Марии вестника Небес, никто не слышал происшедшего между ни-ми разговора. Ничуть не изменилась видимая жизнь ни в самом Назарете, ни тем более в горделивом Риме после исчезновения ангела. Но как удивились бы жители огромной многоязычной Империи, если бы узнали, что именно в этом неприметном событии нашла свое оправдание и завершение вся исто-рия человечества от Адама и что их потомки станут отсчитывать Новую эру от Дня Рождения мальчика, которого окружающие пренебрежительно называли «сыном плотника»!
«Сегодня — начало нашего спасения...», — поется за богослужением праздника Благовещения. Про-должением его станет жизнь Богочеловека Иисуса Христа – «Второго Адама», а завершением — Тай-ная вечеря, Голгофа, возглас «Совершилось!», нисхождение во Ад, Тридневное Воскресение, Вознесе-ние и сидение «одесную Отца».