Удивительная вещь, что происходит с человеком, когда он видит пред собой успешного человека. Дело в том, что вопрос о том, что происходит с человеком стоит очень остро: вопрос первенства; потому, что он связан всегда не просто с первенством главенству, а связан с властью. Человек, имеющий власть, соответственно, он имеет возможность управлять. Кем либо или чем либо. Это власть не важно на каком государственном уровне, это, может быть, власть в доме, в семье: управлять домочадцами; власть в каком то сообществе, в партии управлять людьми; власть в государстве: управлять государством и всем, что находится в нем; управлять финансовыми потоками. То есть, подразумевается первенство в мире. Конечно же, первенство, и, христианство и Христос не осуждают в этом мире, но с одним условием: с одной оговоркой: Господь об этом конкретно сказал, что, если кто хочет быть первым из вас, то будет вам слугою. Мы все хотим быть первыми, ну, по крайней мере не первыми, но в любом случае, чтоб нас уважали, чтобы нам отдавали почести какие то, знаки внимания оказывали. Тщеславие то во всех живет и, конечно же, мы хотим этого, но если мы хотим этого, значит, соответственно, и подразумевается, какое то некое первенство, но при этом и обязанность, если мы с вами христиане.
Если мы хотим, чтобы нас уважали, и отдавали нам почести, хотим первенства, значит, мы должны быть кем? всем? Подразумеваем службу. А служба какая? Это может быть послушание, какое возлагается на тебя на первого. На тебя возложили любое послушание в семье ли, в церкви ли возложили: ты уже первый, значит, на тебя надеются, что ты это сможешь сделать, что ты не подведешь в этом деле других людей. Первым ты хочешь быть, но почему то в это время ты чувствуешь себя ущербным. Ты подразумевал, что будешь господствовать, а нужно служить. А это непонимание.
Мы должны понять о том, что в христианстве, прежде всего, первенство подразумевает служение. Не господство, а служение. Возложили послушание, значит, ты достоин этого. И никто кроме тебя, этого сделать не может.
Ты сделаешь самое хорошо и лучше. И вот это мы сейчас отвергаем: служение в церкви.
Возьмем любого святого нашей церкви.
Марию Египетскую. Она ушла в пустыню. Какое там могло быть главенство? Над чем? Над ящерицами? Над растениями? Она ушла в пустыню. Над чем можно там главенствовать? И от кого можно ожидать этого возвеличивания и гордости? Пред кем гордиться то? Но дело в том, что она ушла, и два момента в её подвиге выразилось у нее: это покаяние и самоотвержение. Без этих двух начал не может быть никакого служения. Покаяние и Самоотвержение. Она ушла ради своего спасения, через покаяние. Но отвергла все: и высоту своего положения, и свою красоту, и богатство, которое у нее было: она отдала все ради Христа! Который призвал ее, и возложил на нее вот ту мудрость, которую она внесла в пустыню. Хотя она не заслужила, сточки зрения мира, какого то великого положения, но она в глазах Отца Небесного получила великую награду, и заслужила это, потому, что она была ответственна за свою душу, за которую Господь возложил на нее послушание в пустыне.
Поэтому, когда мы с вами несем какое либо послушание, или выполняем какое либо дело, мы не должны забывать самое главное о том, что наше христианское послушание, заключается, прежде всего, в нашем служении, а это служение, в первую очередь, содержит любовь к Богу. Без любви к Богу невозможно совершить подвига Марии Египетской. Невозможно без любви к Богу совершить любое служение здесь, на территории храма, на которого возлагается послушание. Если ты любишь Бога, и тебе поручили сделать какое то дело: петь на клиросе, стоять в храме, ты отвергаешь все земное и приходишь сюда, потому что делаешь это ради Христа и своего спасения, и, служение это очень трудное, но ради любви ко Христу, Бог помогает тебе нести это служение. А если ты хочешь, себе одну славу, например, руководить денежными потоками то не бывает это жертвою и Бог такое служение не принимает. Пусть это знают все вы и все руководители, что без этого ты пустышка.
Поэтому братья и сестры будем иметь в виду то, что в первую очередь, наше служение является нашим покаянием и самоотвержением. Не утверждением, а самоотвержением нашей самости.
Да дарует нам Господь то счастье, что даровал Марии Египетской».
По заамвонной молитве о. Михаил, прочитал молитву на раздробление артоса. В конце литургии, раздробленный артос при целовании Креста раздавался народу.
